Крым сползает в море

Оксана Порицкая 16.10.2021 13:54 | Регионы 40

Аномальные летние ливни обострили в сейсмически активном Крыму проблему оползней и обвала грунта. В начале сентября на пляже в Севастополе двух туристов завалило грунтом в результате обрушения горного склона. В июне из-за оползня под угрозой разрушения оказался ялтинский музей под открытым небом «Поляна сказок». Усугубляют ситуацию неправильные инженерные решения при застройке опасных склонов, особенно в прибрежной зоне. В потенциальной зоне риска находятся Ливадийский и Воронцовский дворцы, дача Антона Чехова в Ялте и коктебельская вилла телеведущего Дмитрия Киселёва.

Всего в Республике Крым насчитывается более полутора тысяч активных оползней. Подавляющее их количество находится на юго-западном берегу полуострова. В Севастополе таких около 120, в основном на береговой линии. На территории Ялты их порядка 670, ещё 350 – в Алуште. Опасные ситуации фиксируют также в районе Феодосии и Судака. Алупка вообще вся стоит на оползне.

Директор Крымского республиканского центра оценки сейсмической и оползневой опасности, технического обследования объектов строительства Татьяна Горелова говорит о том, что в теории строить можно везде, в том числе и на оползне. Но даже безумное количество денег, вложенное в застройку, не уберёт окончательно факторы риска.

«Оползнеопасный склон – это такой геологический объект непредсказуемый, мы никогда не знаем, когда случится неизбежное».

Татьяна Горелова | директор ГАУ «КРЦ»Татьяна Горелова
директор ГАУ «КРЦ»

– Строить можно везде, но иногда инженерные мероприятия по защите застраиваемой территории настолько неоправданно дорогие, что лучше не строить. Мы можем вскрыть даже карстовую полость, накачать её бетоном и поставить дом. Возможно? Да. Дорого? Безумно. Таким же образом можно строиться и на оползнях, существует множество современных инженерных решений. Но это всё равно опасно, – поясняет Горелова.

Дача Киселёва и вопрос времени

Рискнул подстроить дом на оползне в Коктебеле и директор МИА «Россия сегодня» Дмитрий Киселёв. О неоднозначном выборе участка он рассказывал в интервью украинской газете «Факты» в 2006 году. По словам телеведущего, в 2002 году он взял в аренду четыре сотки в очень красивом месте, которые «никто брать не хотел, потому что они находились в зоне активного оползня». Сначала местные власти запретили строительство, однако затем изменили решение: глава местного противооползневого комитета, с которым журналист встретился случайно в Киеве, заявил, что при определённой инженерной защите участка строить там можно. Киселёв подчеркнул, что провёл все противооползневые мероприятия и построил небольшой дом на 130 квадратных метров. Хотя это и было крайне дорого: телеведущему пришлось заложить дом в Москве и взять огромный кредит на десять лет.

Сначала местные власти запретили строительство дома на оползне в Коктебеле, однако затем изменили решение.Сначала местные власти запретили строительство дома на оползне в Коктебеле, однако затем изменили решение.Фото: сайт архитектурного бюро Nefa Architects

Архитектор Владимир Мазурин, который руководил проектом по реконструкции его виллы, рассказывает, что в Феодосии и окрестностях много сооружений на склонах, но под таким опасным уклоном поверхности в 70 градусов, как у Киселёва, больше нет. В 2015 году, когда шла реконструкция стоимостью в 200 млн рублей, по словам Мазурина, склон уже имел явные оползневые признаки: габионы подпорных стен начали разрушаться, а фундамент здания деформировался. Выяснилось, что в бетонный фундамент строители в 2005 году «забыли» положить арматуру, а в опалубку залили бетон марки ниже М70. Всё это, по словам архитектора, было серьёзным нарушением и могло привести к сползанию всей конструкции вниз по склону на жилые постройки первой береговой линии.

Новым подрядчикам с трудом удалось убедить заказчика хотя бы немного изменить проект. В итоге проблему решили, но лишь частично: архитектор уверен, что риск всё равно есть, хотя, судя по внешним признакам, ситуация на сегодняшний день стабильная.

– Там очень крутой склон, он потенциально опасен, но сейчас он закреплён химическими методами. Туда в процессе строительства было закачено несколько десятков тонн цемента с реагентом, который изменил физические свойства грунта, остановив процесс разрушения на какое-то время, пока подземные ручьи не пробили новые пути. Этот процесс может идти долго, заняв несколько десятилетий, а может и нет. Плюс там сделан соответствующий водоотвод, и масса воды сбегает в сторону, а не идёт по склону, не замачивает его. Хотя вода действительно активно подмывает склоны. Процессы там идут. Вопрос только в том, сколько времени они займут, – рассказал Мазурин «Октагон.Крым».

Примечательно, что в 2018 году из-за статьи о строительстве на опасном склоне в Феодосии разразился скандал.

Тираж с текстом, в котором Мазурин даже не называл фамилии заказчика, изъяли из продажи, правда, в редакции пояснили это «недопониманием с рекламодателем». Слухи о том, что главреда после инцидента уволили, в газете тоже опровергали.

Киселёв назвал Мазурина «просто мошенником» и заявил, что якобы подал на него заявление в полицию. Платить 2,5 млн рублей Мазурину за проделанную работу журналист тоже отказался, сославшись на то, что после реконструкции вилла не является безопасной. Мазурин настаивал, что от части работ, предусматривавших замену конструкций на более прочные, отказался сам заказчик. Королёвский городской суд Московской области встал на сторону архитектора.

Потеряли точку опоры

По словам Татьяны Гореловой, самой проблемной зоной в Крыму является Ялта, где много исторических зданий и плотная хаотичная застройка. На оползневых участках в том числе стоят дом-музей Антона Чехова, Ливадийский и Воронцовский дворцы. Влиянием оползней на сохранение всемирного наследия был обеспокоен ещё прошлый министр культуры РФ Владимир Мединский.

Оползень под домом Чехова сложный, геологи наблюдают его уже несколько лет, но никаких резких скачков они не фиксируют. Динамика его движения стандартная, несмотря на возросший в последние годы поток посетителей, которые усиливают вибронагрузку.

– У нас там стоят марки, маяки, реперы. Оползень смещается, но эти подвижки стандартны для такой ситуации, ничего критического. Хотя, конечно, если бы туда вложили больше средств на ремонт, благоустройство и отвод воды как основных факторов оползня, ситуация бы улучшилась. Оползню нужны вода и неустойчивая почва – и всё. Неустойчивая почва там есть, вода тоже, особенно сейчас, после летних ливней. Все подмытия провоцируют оползневые процессы, – говорит Горелова.

Самой проблемной зоной в Крыму является Ялта, где много исторических зданий и плотная хаотичная застройка.Самой проблемной зоной в Крыму является Ялта, где много исторических зданий и плотная хаотичная застройка.Фото: Сергей Мальгавко/ТАСС

Усугубляет ситуацию плачевное состояние подпорных стен, которые никто не обслуживает и не ремонтирует. Строились они почти все ещё в 1970-х годах прошлого века из бутового камня, который соответствовал нагрузкам того времени. Но сегодня нагрузки иные, нужен армированный железобетон. Так, из-за ветхости в июне обрушилась подпорная стена в ялтинском музее под открытым небом «Поляна сказок», ещё несколько обрушений было в Малом Маяке и Партените – там подпорная стена построена около века назад.

– Основная проблема в том, что никто не знает, сколько подпорных стен в Крыму, где они и в каком состоянии. Они находятся частично на территории жилых домов, частично на территории юрлиц, частично на территории муниципалитетов. Просто невозможно выявить их все, если только обход по улицам сделать, как это было после летних ливней в Ялте, – поясняет Горелова.

Решение проблемы, отмечают учёные, нужно комплексное – от должного обслуживания подпорных конструкций до отвода воды и очистки русел рек. Но самое главная задача – предупредить неправильную застройку опасных склонов, которые могут сползти в обрыв вместе со всеми строениями.

Симферополь

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора